Читаем без скачивания Дело о Чертовом зеркале - Георгий Персиков

– Как зробите, шо треба, – сказал Евген, умело разворачивая шхуну, – запалите костер. Мы дым побачим и за час до вас доберемося. Храни вас Пресвята Богородиця!

Путешественники оказались на голой каменной площадке перед высокой отвесной скалой, покрытой острыми морщинами. Профессор, с утра переодевшийся в альпинистскую куртку и брюки-гольф верблюжьей шерсти, поставил на валун свой рукзак и саквояж, неторопливо извлекая мотки веревки.

– Я, господа, честно признаюсь, альпинист не самый лучший, но все же член Русского горного общества. Хоть возраст у меня не тот, что раньше, но до цели доберусь достаточно быстро. Полагаю, что вам, господа, нет нужды карабкаться на верхушку скалы, это людям неподготовленным очень сложно. Так что вам будет разумнее подождать меня здесь: я встречу Ивана в пещере и поговорю с ним сам, по-родственному…

– А я слышал об этом обществе не самые приятные вещи… – пробормотал Родин вполголоса. – Поговаривают, что вместе с Русским горным обществом восхождения на пограничные горные районы Кавказа и Средней Азии совершали немцы, англичане и австрийцы. И попутно заморские гости составляли такие карты и собирали такие материалы, которые по их возвращении домой интересовали не столько европейские научные круги, сколько соответствующие отделы генеральных штабов.

– Вам повезло, уважаемый профессор, – улыбнулся Торопков, – мы, конечно, не австро-венгерские горные егеря, но тоже кое-где лазали. Я, к примеру, в Турецкую кампанию с пластунами в дозор ходил, и рекогносцировку проводил, и языков брал, как раз на горах. И на Шипке был, в горах Стара-Планина. Там-то повыше было, чем на этой горке.

Профессор сконфуженно закашлялся.

– Нет-нет, господа, вы меня, разумеется, не так поняли… Я просто хотел облегчить, так сказать… Вы бы тут перекусили, я один-то сподручнее, я ж тут каждый камешек знаю…

– Не беда, – решительно перебил Торопков, – крючья у нас есть, веревки достаточно. Я поднимусь первым на двойном стремени с вашей страховкой, вы – вторым, Георгий Иванович – третьим, уж вдвоем-то мы его быстро наверх вытянем.

– Так уж ли быстро, – засомневался профессор, глядя на массивную фигуру Родина.

– В любом случае, по всем тонкостям военной науки, сейчас нам надо держаться вместе, – отрезал Торопков. – Георгий Иванович – отличный стрелок, но отсюда не видать вашу пещеру, а вот его будет видно отлично. Невыгодная позиция!

– Как раз невыгодно класть все яйца в одну корзину! – повысил голос профессор.

– Погодите, господа, – успокаивающе поднял руки Родин, – я полагаю, у нас есть десять минут, чтобы рассудить все логически. Какова цель нашей экспедиции?

– Поймать Гусева! Найти Ваню! – хором ответили Торопков и Смородинов.

– Да! – согласился Родин. – И, по возможности, без кровопролития и вообще насилия доставить его в Старокузнецк.

– А еще, по возможности, найти сокровищницу Ахмет‑бея! – добавил профессор.

– Совершенно верно, – согласился Родин. – Тем более что эти цели сходны: Иван ищет сокровищницу, но у него есть карта, в отличие от нас, стало быть, найдя его – мы найдем и ее.

– Верно! – кивнул Торопков, а профессор склонил голову в знак согласия.

– Где находится тайник? – спросил Родин, и Смородинов в ответ ткнул пальцем вверх.

Лаз в расщелине был плохо различим снизу и находился не так уж высоко, как расписывал профессор, саженях в десяти от площадки.

– Но Гусева-то видели с другой стороны! – заметил сыщик.

– Значит, ему известно наверняка, что и вход в пещеру с другой стороны. Зачем же нам лезть здесь?

– Мне кажется, уважаемый профессор нам что-то недоговаривает, – улыбнулся Родин. – Иначе это противоречие объяснить нельзя.

Профессор долго мялся, вертя в руках моток веревки, и наконец сказал:

– Да. Я действительно кое-что вам не сказал. Этот лаз, – он опять указал на темное отверстие в расщелине, – на самом деле вход в пещеру. Афоня Гусев был прав. Как только мой товарищ разбился насмерть, я, чего греха таить, сразу устремился в этот лаз. Да, там были надписи на турецком, были следы пребывания человека, я даже нашел два золотых динара на полу. Только вот войти в сокровищницу я не смог: лаз упирался в каменную дверь, и, как я ни бился, секрета отгадать не смог. Так и пришлось уйти несолоно хлебавши. В общем-то мне была нужна не сама карта, а шифр, написанный на ней. Секрет, как же открыть эту чертову дверь.

– А почему вы не решились взорвать вход? – спросил Торопков, и профессор в ужасе замахал руками.

– Что вы! Скалы могут обрушиться, и тогда бесценные артефакты будут погребены под толщей камня. А там много хрупких ювелирных шедевров… Нет, об этом не может быть и речи! Вход в сокровищницу здесь, только здесь, и больше нигде – и я… мы с Афоней Гусевым его нашли!

– Почему же Ивана видели с другой стороны скалы? – спросил Торопков.

– Ну, может быть, это еще и не он, – усомнился Родин, – сказали только, что видели молодого татарина.

– Скорее всего он, – сказал профессор, – он же в бегах! Переоделся в халат и пошел пешком через Карадагский шлях. Лодку ему взять неоткуда, вплавь тут не вылезешь. Скалолаз он отличный, решил, как видно, перелезть через хребет и спуститься с этой стороны. Для него это самый безопасный путь – тут его никто не найдет и не схватит.

– Так где он сейчас, по-вашему? – строго спросил сыщик.

Смородинов пожал плечами:

– Либо он уже в сокровищнице, либо он не дошел до нее, либо уже вышел из нее.

Тут взял слово Родин:

– Это мы можем выяснить, только если поднимемся к расщелине. Осмотрим следы, и все станет ясно.

Торопков кивнул, засунул свой наган сзади за пояс и подошел к скале.

– Так, до этой расщелины аршин десять с гаком. Ну что ж, Денис Трофимович, давайте снаряжение. Я полезу первым, а вы страхуйте. Посмотрим, что там за пещера!

Он взял моток веревки, сноровисто опоясался концом и завязал булинь.

– Где у вас крючья и молоток?

Профессор сконфуженно подошел к Торопкову.

– Я… В общем, тут можно забраться и без крючьев.

– Как так? – удивился сыщик. – Ведь тут отвесная скала!

– Господа, я не хотел вам говорить… Извиняюсь… В общем тут выбиты небольшие захваты и упоры, достаточные, чтобы поместить руки и ноги. По сути, это такая древняя лестница. Конечно, подняться тут может только храбрый и ловкий человек: предки Ахмет‑бея делали это без страховки.

С этими словами Смородинов подошел к скале вплотную, подскочил и ухватился рукой за невидимую впадину.

– Это уже мое открытие, – сказал он, – Афанасий об этом не знал. Видите, надо подтянуться… – он ловко подтянул свое сухое тело и схватился левой рукой за другую впадину. – А дальше остается только переставлять ноги! – тут он соскочил на землю. – Но я без страховки так и в молодые годы боялся. А сейчас и подавно! Ну что, господа, с Богом!

– Денис Трофимович, – растерянно пробормотал Торопков, – а что же вы раньше нам об этом не сказали? Я всю дорогу думал, как мы на скалу будем забираться! Даже перед отъездом с Фадейкиным советовался, нашим маляром, который колокольню красил!

Смородинов долго откашливался и сморкался в свой широкий застиранный платок, а потом ответил:

– Я хотел устроить вам сюрприз.

– Что ж, вам это удалось, – улыбнулся Торопков. – Ну что, Георгий Иванович, готовы? Не боитесь? – и он ловко прыгнул на скалу.

Родин не боялся высоты и прекрасно лазал по скалам и деревьям. Когда он забрался в пещеру, сел на каменный пол и вытер пот со лба, Смородинов отпустил свой конец веревки и указал на каменную стену, в которую упирался проход.

– Следов нет. Очевидно, Иван сюда еще не добрался.

– Отлично, – сыщик вытащил из-за пояса наган и откинул барабан. – Что ж, наши вещи тут, провизии нам хватит на пару дней, так что можно устроить засаду…

– Тихо! – вдруг сказал Родин. Он привстал, чуть пошатываясь, и начал выпутываться из веревки, крепко обхватившей его под мышками. – Я слышу какой-то шум. – Он наконец распутался и извлек из своей деревянной кобуры револьвер.

– Где? – недоуменно спросил Смородинов, изучавший с фонариком арабскую вязь, выбитую на стене.

– Вот там, – ответил Родин и подошел к каменной стене, поднимая револьвер дулом вверх.

– Остановись, Хью! – раздался голос откуда-то сверху, из крошечного отверстия, из которого брезжил свет. – Хватит и джеба с левой, прибереги правую напоследок, а то ты вышибешь дух из этого аборигена.

Крепыш послушно замер, чуть приподняв правую руку на излете в футе от челюсти рухнувшего на землю татарина.

– Да, сэр, слушаю, сэр. Подстраховать вас?

– Нет нужды. Ноги только мешаются, но руки еще крепки! – Старый лорд быстро спустился в пещеру по канату, ловко держась за нее одними руками, и сел на каменный пол, перекинув одну безвольную ногу через другую.